Валерий Панюшкин:

Меня всерьез беспокоит не только то, как президент Дмитрий Медведев собирается побороться с наркотиками в наших школах и вузах. Меня беспокоит еще, как разумные, казалось бы, люди комментируют инициативу президента вести в школах поголовное тестирование на наркотики. Люди, послушайте, вы правда ничего про это не знаете или притворяетесь безграмотными?
Общественное мнение по поводу тестирования детей на наркотики в школах разделилось надвое. Первая партия говорит: наркотики – страшное зло, с этим надо что-то делать, мы введем обязательное тестирование в школах. Вторая партия возражает: тестирование не эффективно, результаты тестов будут использованы против детей и их родителей.
Совершенно не понятно, почему партия, считающая наркотики серьезной национальной проблемой, видит выход именно в тестировании? Совершенно не понятно также, почему противники тестирования обходят как-то своим вниманием тот непреложный факт, что наркотики – страшная проблема, и с этим надо что-то делать.

ЧИТАТЬ ДРУГИЕ СТАТЬИ ВАЛЕНИЯ ПАНЮШКИНА

Валерий Панюшкин:

Но вот возникла неожиданная проблема. Проблема не в том даже, что время от времени "патриоты" наши начинают протестовать против международного усыновления и кричать, что пусть, дескать, американцы не увозят наш генофонд, а пусть, дескать, генофонд сидит в Нижнеломовском детском доме без рук и без ног. От этих псевдопатриотических истерик худо-бедно удается отбиться. Проблема в другом.
Прежде, когда нефть стоила десять долларов, заведующие детских домов старались сплавить детей-инвалидов в специализированные интернаты. Программе "Хочу ходить" достаточно было привезти врача в Нижнеломовский детский дом, чтобы осмотреть детей и отобрать тех, которым можно и нужно в первую очередь оказать помощь. Кроме Нижнеломовского, таких интернатов для детей, нуждающихся в протезировании, было в России еще три. И, повторяю, заведующим детских домов было выгодно сбагривать инвалидов в специализированные интернаты.
Теперь всё переменилось. Деньги появились на детей инвалидов. Любому детскому дому выгодно, чтобы в нем были инвалиды. Никто детей в специальные интернаты не сбагривает... И как их теперь найти, детей-инвалидов, нуждающихся в высокотехнологичном протезировании?

ДРУГИЕ СТАТЬИ ВАЛЕНИЯ ПАНЮШКИНА

Валерий Панюшкин:

  Главная проблема, с которой сталкивается любой уполномоченный по правам ребенка в любом регионе России – это жилье. Насколько я понимаю, нету такого злодеяния, на которое ради квадратных метров не пошел бы родитель ребенка, опекун, сотрудник органов опеки, глава местной администрации, сенатор, губернатор, депутат… Я должен с горечью констатировать, что недвижимость в России, безусловно, подавляющей частью населения считается ценностью куда большей, чем дети.

ЧИТАЙТЕ ДРУГИЕ СТАТЬИ ВАЛЕРИЯ ПАНЮШКИНА

Валерий Панюшкин:

Мы победили. Красноярский краевой суд отменил указ губернатора, согласно которому дети-сироты должны получать жилье там, где стали сиротами, а не там, где реально живут. Красноярский краевой суд признал, что жилье детям сиротам следует выдавать по месту жительства, как это и записано в федеральном законе.
Это дело началось с истории Нины и Саши Гусевых. Они родились в селе Идринском Красноярского края. Будучи еще маленькими, Нина и Саша потеряли родителей, и дом, где они жили, разрушился, пока дети жили в интернате. Потом Нина училась в медицинском училище и поступила в Красноярский медицинский институт, а Саша пошел работать автомехаником.
Совершенно очевидно, что обещанное государством жилье нужно молодым людям в Красноярске, а не в селе Идринском, которое от Красноярска в шестистах километрах. Совершенно очевидно, что ни жить они в селе Идринском не будут, ни продать там жильё не смогут, да и нет там никакого жилья.

ЧИТАЙТЕ ДРУГИЕ СТАТЬИ ВАЛЕРИЯ ПАНЮШКИНА

Валерий Панюшкин:

Усыновление детей в России устроено очень разумно. Так же разумно, как устроена была в Советском Союзе розничная торговля. Всякий, кто помнит советских продавщиц, воровавших, хамивших и выкрикивавших "вас много, а я одна", без труда поймет теперешних сотрудников опеки. Советские продавщицы работали в условиях дефицита качественной продукции и переизбытка продукции некачественной. Теперешние сотрудники опеки в том же положении: как бы это чудовищно ни звучало, им не хватает "качественных" детей, и они не знают, куда девать детей "некачественных".

Люди, усыновляющие ребенка, довольно часто спрашивают меня: "Почему сотрудник органов опеки не разъясняет и даже скрывает от усыновителя, что, кроме усыновления, есть еще множество способов получить ребенка в свою семью. Есть опека, есть попечительство, есть даже патронат какой-то… Почему сотрудники органов опеки не рассказывают про это, хотя обязаны?"
Объясняю: потому что сотрудники органов опеки сами себе не враги...

ЧИТАЙТЕ ДРУГИЕ СТАТЬИ ВАЛЕРИЯ ПАНЮШКИНА

Валерий Панюшкин:

Моя электронная почта завалена письмами из детских домов. Детский дом №11, детский дом №2, еще несколько сиротских учреждений пишут одно и то же – их закрывают. Их расформировывают, педагогов выгоняют на улицу, детей перераспределяют в интернаты покрупнее, а в детдомовских зданиях спешно организовывают детские сады. И я знаю, на что это похоже. Это похоже на дефицит колбасы.

С бюрократической точки зрения происходит вот что: вскоре детские дома должны быть переданы из ведения Департамента образования в ведение Департамента семейной политики. А Департаменту образования и так не хватает помещений для детских садов. Вот они и решили детские дома укрупнить, отдать Департаменту семейной политики огромные, набитые сиротами казармы, а маленькие пригодные для детских садов здания оставить себе.

ЧИТАЙТЕ ДРУГИЕ СТАТЬИ ВАЛЕРИЯ ПАНЮШКИНА

Валерий Панюшкин:

В моей жизни бывало немало случаев, когда я вел себя подобно скинхеду Тесаку, подобно националисту Тору, министру по делам молодежи Якеменко, подобно строителю финансовых пирамид Мавроди, подобно "жемчужному" прапорщику, подобно судье Данилкину, подобно какому угодно олигарху и подобно премьер-министру Путину. В жизни каждого из вас, читатель, бывали такие случаи, вы только, наверное, не помните их или помните неотчетливо.

ЧИТАЙТЕ ДРУГИЕ МАТЕРИАЛЫ ВАЛЕРИЯ ПАНЮШКИНА

Валерий Панюшкин:

Мне позвонила женщина по имени Любовь Мерекина и попросила посмотреть ее сайт. Посмотрите его и вы http://24sos.ru/. Речь идет о сообществе бездомных многодетных семей. Кто-то выселен из квартиры в соответствии с Крашенинниковским законом, придуманным, чтобы оживить рынок недвижимости. Кто-то беженцы. У всех своя судьба. Я только хочу заметить, что чем у человека больше детей, тем меньше времени объединяться, бороться, судиться, искать правды.

Футбольные фанаты – страшная сила: у них нету детей, и потому полно досужего времени, чтобы устраивать погромы на площадях. Активисты прокремлевских молодежных движений – в каждой бочке затычка: еще бы, у них нету детей, и потому полно досужего времени, чтобы месяцами балбесничать на Селигере.
Я хочу сказать, что в России есть целая огромная группа населения, которая угнетена, но молчит об этом. Речь идет о многодетных семьях.

ЧИТАЙТЕ ДРУГИЕ МАТЕРИАЛЫ ВАЛЕРИЯ ПАНЮШКИНА