Покалеченный голодом Валера из Магадана. Что сейчас происходит с мальчиком?

Эвелина Геворкян, гл. редактор портала Сознательно.ру:

В начале мая 2017  я опубликовала статью о мальчике Валере из Магадана, которую, к счастью, подхватили мои коллеги журналисты из разных изданий, и на которую обратили внимание правозащитники и правоохранительные органы.

Валеру заморила голодом его собственная приемная мать.


Скорее всего, делала она это в силу своего психического расстройства (делегированный синдром Мюнхаузена). Много взрослых не смогли вовремя распознать трагедию, и ребенок, который в три года попал в магаданскую семью здоровым, сейчас глубокий инвалид. На момент попадания к московским врачам в конце марта он в свои 11 лет весил 11 килограмм. И выглядел как 5-6-летний ребенок, как узник концлагеря. К счастью, каким-то чудом (история в стиле доктора Хауса)  докторам удалось понять, что все болезни, которые сейчас есть у ребенка, — следствие того, что его морили голодом. Что на самом деле у него нет никаких врожденных заболеваний, как думали все окружающие.

Таким образом, есть хорошие новости в деле Валеры К. Они заключаются в том, что эту историю не удалось замять, о ней узнала общественность и в итоге возбудили уголовные дела на его приемных родителей из Магадана и на сотрудников органов опеки мэрии Магадана.

Однако, пока что нет хороших новостей о том, госчиновники и органы опеки спешат устроить ребенка в семью. Официально мне и в магаданской, и в московской опеке отвечают в письменной форме: «Мы не будем ничего комментировать во время следствия». Не знаю, оправдано ли это, пусть правозащитники и юристы проводят эту грань, что можно в рамках следствия рассказывать людям, а что нет. Но хотелось бы понять, что над ребенком не висят следующие опасности… 

Чего хочет магаданская опека?

В понедельник 19 июня в Москву прилетает начальница магаданской опеки Нина Эсаулова. И есть опасение, что прилетает она для того, чтобы забрать мальчика обратно в Магадан. Это значит, что он не попадает в семью, а улетит, очевидно, в Магаданский детский дом. Как говорят мне приемные родители из Магадана, в этом городе с 95-ю тысячами населения с большой долей вероятности не будет семьи, которая захочет взять к себе больного ребенка…В Москве же, напомню, есть семья, которая хочет его взять. И мальчик уже дружит со Светланой Сулеймановой и просится к ней. 

Светлана Сулейманова, приемная мать (Москва): Мне вообще ничего не объясняют. Что самое странное и вообще абсурдное в наше время, так это то, что я везде пишу, обращаюсь, все прекрасно знают, как мы характеризуемся, знают нашу семью, возможности, способности. Но принципиально не хотят отдавать ребенка в нашу семью.

Хорошо. Но можно найти какое-то компромиссное решение? Если опека обещает найти другую семью, в приоритете гораздо лучше и имеющую больше возможностей дать этому ребенку, почему тогда на протяжении трех месяцев нет ни одной семьи, никакого кастинга семей, которые могли бы взять Валеру? Потому что каждый понимает при виде этого ребенка, что это большой труд, титанический труд по его социализации, адаптации и развитию… И поэтому то, что сегодня делается с этим ребенком со стороны органов опеки, департамента московского труда и социальной защиты населения — это вообще беспредел. Никто не хочет думать о его судьбе, никто не хочет интересоваться, как ему живется на сегодняшний день, что он хочет, что он любит.

Из представителей департамента труда и социальной защиты населения ни разу никто не приехал и не посмотрел, что собой представляет ребенок, как он выглядит, что он думает, как он общается. Ни Елена Игоревна Возжаева, ни Алла Зауровна Дзугаева, которая очень много вещает о том, как много она делает для детей и в их интересах. Она не приехала ко мне домой, не посмотрела условия проживания моих детей, не пообщалась с ними. Но сделала вывод, что Валера не может проживать в нашей семье, так как у нас много приемных детей и это не будет соответствовать его интересам…

Эвелина Геворкян: Как говорят специалисты, работающие с Валерой, все чаще возникают разговоры о том, что он якобы умственно отсталый. Его мама Лариса Короткова часто подчеркивала это (хотя такая информация не отражена в официальных документах. У  Валеры  действительно есть некоторая педагогическая запущенность: он практически не ходил в школу, и за свои 8 лет был 38 раз госпитализирован. То есть мать его возила из одной больницы в другую, это был смысл ее жизни — лечить и представлять его как инвалида. И он действительно отстал, потому что с ним никто не общался, не играл, не занимался. И мальчик действительно ведет себя не как 11-летний.

Впрочем, сейчас можно убедиться, что за эти 3 месяца после разлуки с мамой, он поправился и весит уже не 11, а 20 килограмм. Его кормят, лечат, и он растет. Он уже вырос на 5 см за эти месяцы, так же как и за прошедшие 5 лет…

Сегодня с  ним временно работает няня, она с ним занимается и говорит, что мальчик показывает прекрасные результаты. Кроме того, ко мне попали результаты экспертизы нейропсихолога, которая утверждает, что у Валеры прекрасные умственные способности, у него точно нет олигофрении или умственной отсталости, на которую иногда намекают.

Возникают опасения, что его могут увезти в Магадан, сдать его там в детдом или, не дай Бог, в психиатрическую лечебницу, и выдать всё за его фантазии. Когда я смотрю телевизионные сюжеты, которые выходили в Магадане, там выступают какие-то друзья семьи Коротковых, выступает их местный детский омбудсмен, все они говорят, что это еще не факт, что  ребенка морили голодом. Будто там была прекрасная семья, водили ребенка на местные мероприятия общества инвалидов…

Пусть факты проясняют правоохранительные органы. И пока взрослые регулируют все свои формальные вопросы, ведут расследования, разбираются друг с другом, было бы нормальным, здоровым и честным, чтобы Валера находился в какой-то семье, тем более, еще раз подчеркну, уже семья, которая хочет его принять. 

Максим Ладзин, советник Уполномоченного по правам ребенка при президенте РФ: Шансы Светланы Сулеймановой стать временным опекуном Валерия, я хотел бы считать, что есть. Департамент соцзащиты, считает, что таких шансов у Светланы Сулеймановой нет. Поскольку у нее уже есть восемь приемных детей, плюс трое своих. Но департамент соцзащиты не говорит такую небольшую деталь, что осенью двум детям Светланы исполняется 18 лет, и по закону, и по пилотному социальному проекту, в котором она участвует, она должна будет взять еще двоих детей. Почему тогда Валере отказывают в ситуации, когда он сам хочет к Светлане? Почему отказывают – неизвестно.

Эвелина Геворкян: Подводя итог, хочется сказать, что в Москве есть потенциальная семья, которая готова взять под временную опеку Валеру Кандаурова, и я надеюсь, что московские органы опеки не будут отдавать мальчика обратно в Магадан. Что все-таки его судьба будет решаться в столице, где больше шансов найти для него приемную семью. И если, как утверждает московская опека, Светлана Сулейманова не идеальный кандидат, и у них есть кандидаты лучше — конечно, мы все будем только рады за ребенка, пусть покажут результаты, другие семьи, которые больше подходят на эту роль.

Порой складывается впечатление, что те три месяца, что Валера лежит в больницах, его самого-то как раз не спрашивают, его интересы не сильно учитывают. Взрослые решают всё на уровне своих бумаг, формальностей, и я замечу, часть взрослых в этом процессе, находится под уголовным делом и под подозрением. То есть они лица весьма заинтересованные в том, или ином исходе.


Почему магаданская опека продолжает оставаться государственным опекуном? 

Максим Ладзин, советник Уполномоченного по правам ребенка при президенте РФ: Первоначально ребенок выявлен в городе Магадане, поэтому магаданская опека являлась законным представителем. Но при повторном выявлении в 2017 году, то есть когда Валера остался без законных представителей в Москве, законным представителем несовершеннолетнего должно было стать государство. Соответственно по месту пребывания несовершеннолетнего органы опеки попечительства обязаны взять его под свою защиту, то есть департамент соцзащиты города Москвы. 

Вы понимаете, почему до сих пор идет речь о том, что Валера может вернуться в Магадан? Что он попадет в детдом, и в Магадане будут определять его судьбу? 

Правильные вопросы, хорошие. Я —  не понимаю.

Валера 19 июня. Поправился на 9 кг и вырос на 5 см

Итоги совещания 19.06.2017

В санатории, где сейчас проходит реабилитацию Валера, прошла встреча разных служб, участвующих в его судьбе сегодня:

и.о. руководителя департамента опеки мэрии Магадана Нина Эсаулова, уполномоченный по правам ребенка в Магаданской области Денис Павлик, ст.помощник председателя Следственного Комитета Игорь Комиссаров, детский омбудсмен Анна Кузнецова со своим советником Максимом Ладзиным, лечащие врачи Валеры и психологи.
Ожидалась, но не приехала представитель московского департамента труда и соцзащиты Алла Дзугаева.

Позиция московского департамента по-прежнему не ясна. С их позицией и документами не смогли ознакомиться участники совещания, они также не выходили на связь с семьей Сулеймановых до этого момента.

Представители магаданского края заявили, что ближайшие три недели ребенок точно будет на лечении в Москвском санатории и его не увезут. Они также готовы рассмотреть прошение Светланы Сулеймановой о временной опеке над Валерой. Ответ обещали дать в течение суток до обеда 20 июня. Но в целом они продолжают отстаивать позицию о том, что мальчик должен вернуться в Магадан.

Магаданская приемная мать Лариса Короткова, ее муж и старший сын, которые проживали вместе с Валерой, на данный момент продолжают оставаться на свободе, их еще не начинали допрашивать. Следствие в процессе.

Государственным представителем и опекуном Валеры по прежнему остается мэрия Магадана, а не московский департамент…

Статьи по теме

О проекте

Концепция портала СОЗНАТЕЛЬНО.РУ отражает вдумчивый, научно обоснованный и естественный подход к воспитанию детей, здоровью семьи, построению добрых и гармоничных отношений. Собранная здесь информация будет наиболее интересна настоящим

читать подробнее

Контакты

Телефон: 8 (926) 132-08-28

E-mail: soznatelno@mail.ru

© 2017. СОЗНАТЕЛЬНО.РУ. Все права защищены.

Яндекс.Метрика